Новейший средний разведывательный корабль

В прошлую пятницу на Цензоре я опубликовал статью о новом украинском разведывательном корабле, построенном на базе рыболовецкого морозильного траулера типа «Василий Яковленко» проекта 502 ЭМ. Многие читатели выразили критику по поводу написанного там. В частности, полагаю, это были корабельные и военно-морские эксперты.

Было крайне полезно прочитать комментарии таких людей, чтобы еще раз пересмотреть тему и взглянуть на неё с другого ракурса.

Однако ничто из написанного и сказанного до этого момента не убедило меня в том, что приобретение данного разведывательного корабля являлось разумным использованием оборонных средств. К слову, были и другие лица, авторитетнее меня, высказавшиеся скептически по поводу данного приобретения.

Так, например, Адмирал ВМСУ Игорь Кабаненко высказался относительно нового корабля:

«Это бывший сейнер, и у меня огромный скептицизм, что это судно, названное разведывательным кораблем, вообще будет иметь задачи, которые он будет выполнять в интересах обороны с морского направления. Потому что между сейнером и боевым кораблем огромная разница. Разведывательный корабль — это корабль, а сейнер — это сейнер», — сказал адмирал.

Во-первых, не может быть никаких аргументов против того, что это судно является отремонтированным рыболовецким траулером. Это факт был подтвержден МОУ.

Также факт, что он был перестроен в «Кузне на Рыбальском». А это конфликт интересов между Вооруженными силами с одной стороны и Порошенко — с другой, где последний получает выгоду.

Хоть Кузня на Рыбальском и была продана в феврале 2019 года Тигипко, в момент подписания контракта завод, скорее всего, все еще принадлежал Порошенко. Маловероятно, что судно могли перестроить за 3 месяца после передачи завода новому владельцу.

Во-вторых, относительно его использования в военных целях против России.

Один из предложенных в комментариях применений – радиоперехват закрытых каналов связи, а также радиотехническая и телеметрическая разведка. Т.е. «развешивание ушей» где-то под Севастополем, не заплывая на акваторию оккупированного Крыма.

Ответ прост: перспектива иметь разведывательный корабль, напичканный радарами и антеннами, совсем как советские разведывательные корабли времен Холодной войны, сегодня в противостоянии с современной Россией, по меньшей мере, выглядит странно.

Любой корабль, внешне выглядящий таким образом, будет сильно выделяться. А тот факт, что наш министр его прилюдно разрекламировал, означает, что российские военные уже точно знают о его существовании и будут его ждать.

Если бы действительно хотели поступить таким образом, то сделали бы это, представив его рыболовецким траулером или исследовательским кораблем и постаравшись максимально не привлекать к нему внимания, как это в 2012 году сделала Россия со своим разведывательным судном «Янтарь».

Отсюда вывод: ни о какой маскировке под траулер теперь и речи быть не может.

Россия ежедневно показывает, что ей нет дела до международного морского права. Таким образом, пребывание за пределами территориальных вод оккупированного Крыма не будет гарантировать безопасность корабля, который превратится в легкую мишень.

Как я писал в предыдущей статье этот разведывательный корабль – это медленное и невооруженное судно. Оно даже толком сбежать не будет в состоянии из-за малых скоростных и маневренных показателей.

На что мне ответили, что оно и не должно иметь таких скоростных характеристик, поскольку разведывательным судам это не нужно.

Вот перечень некоторых известных разведывательных кораблей других стран, не маскирующихся под исследовательские суда или рыболовецкие траулеры. Среди них китайские Type 813 (19 узлов), Type 814A (18 узлов) и Type 815 (20 узлов), немецкие вспомогательные корабли типа «Осте» (21 узел), шведский HSwMS Carlskrona (21 узел) и российский разведывательный корабль типа «Бальзам» (20 узлов). Взгляните на них и их характеристики и сравните с нашим.

Те же разведчики, построенные на базе траулеров, о которых Вы ведете речь, это корабли времен Холодной войны. Сегодня они абсолютно бесполезны и являются лишь тратой драгоценного и отнюдь не бездонного оборонного бюджета.

РФ уже захватила три наших корабля 25 ноября 2018 года. Она вполне вероятно с радостью захватит и этот корабль, как только выдастся возможность.

В настоящее время мы не можем защитить это разведывательное судно. И маловероятно, что корабли НАТО будут стоять рядом защищая его, пока тот будет шпионить за Россией.

Исходя из этого я понадеялся, что мы не станем отправлять свой корабль на откровенно самоубийственную миссию.

Так же в качестве контраргумента можно вспомнить историю украинского разведывательного корабля «Симферополь».

Украинский военно-морской флот получил это бывшее советское судно в 1996 году от Черноморского флота. Оно было отремонтировано, но никогда не участвовало в разведывательном патрулировании, потому что наземные подразделения РЭБ выполняли радиотехническую разведку более качественно и успешно. И, что самое главное, дешевле!

Таким образом, в 2002 году «Симферополь» был отправлен в доки на ремонт и после этого больше не выходил в море. А в 2012 его вообще списали за ненадобностью.

Отсюда и возникает вопрос: зачем тогда нам нужен новый «уникальный» разведывательный корабль?

Я предположил, что судно может выполнять роль противолодочного наблюдения. Меня раскритиковали за эти слова. И в какой-то степени были правы. Я использовал слова «обнаружение и преследование», чем ввел в заблуждение читателей, принявших их за синонимы слова «перехват». За что прошу прощения.

Имелось ввиду фиксирование объекта и удостоверение, что замеченный объект действительно является подводной лодкой. А для выполнения этой задачи как раз и необходимы высокие скоростные показатели.

Также некоторые комментаторы сравнивали наш корабль с британским судном HMS Echo (H87), недавно зашедшего в порт Одессы.

Основным аргументом было то, что скорость британца (15 узлов) была ненамного выше нашего разведывательного судна (11,6 узлов).

Так вот, HMS Echo по умолчанию не является разведчиком. Это гидрографическое судно, основная задача которого проведение изыскательских и гидрографических работ для обеспечения действий подводных лодок и десантных операций.

Гидрографические работы – это съемка рельефа дна, гидрографическое траление, топографическая съемка береговой полосы, сбор сведений по лоции и наблюдение за уровнем моря. Разведкой тут и не пахнет. Излишне говорить, что скорость при выполнении данных задач не требуется.

Более того, Великобритания и США систематически избавились за ненадобностью от разведывательных кораблей после окончания Второй мировой войны. Гораздо эффективнее устанавливать разведывательное оборудование на все действующие корабли ВМС, чем держать для этого специализированные корабли.

Мой вывод остается прежним: было бы куда разумнее использовать ресурсы, потраченные на данного судна, на покупку новых боевых кораблей и катеров. А данное сомнительное приобретение требует более детального рассмотрения. Ведь технические эксперты, которые однозначно разбираются в данных тонкостях лучше меня и критикуют меня за отсутствие глубоких технических познаний, смогут легко сказать, насколько уязвимым является такой корабль.